Красный Холм: уголок тверской провинции

Автор: Край справедливости | Создано 27.10.17

Фото: Сергей Свердлов, ru.wikipedia.org

Мы продолжаем серию публикаций о городах Верхневолжья.

Напомним простой факт: Тверская область – самая большая по площади в Центральном федеральном округе. А еще она больше некоторых европейских государств, например, Австрии. Порой мы об этом забываем, и неудивительно, ведь большие расстояния – особенность нашей необъятной страны. Мы можем прожить целую жизнь, насыщенную путешествиями, но ни разу при этом не посетить, к примеру, соседнюю область.

Так бывает – мы смотрим вдаль и не замечаем того, что рядом. А между тем наш с вами регион, по сути, является целым неизведанным миром. Западные районы заметно отличаются от центральных, центральные – от южных и так далее, каждый из них по своей сути уникален и имеет порой скромную, но довольно любопытную историю. И особняком, в том числе, стоит северо-восток нашей области. Речь идет о Бежецке, Максатихе, а также других городах и поселках Тверской Карелии. Частично историю этого края мы уже затрагивали в предыдущих материалах и сегодня хотим продолжить. А поговорим мы о Красном Холме.

Наверняка это название на слуху если не у всех, то у многих. Жители областной столицы знают, что есть такой город, кто-то, возможно, даже бывал в нем. Но спроси среднестатистического тверитянина, где находится Красный Холм и чем он примечателен, пожалуй, и не ответит. Мало того, еще скажет, что это не город, а поселок. И будет неправ.

Спас на Холму

Первоначально на месте современного города было торговое село, которое называлось Спас на Холму. Впервые населенный пункт с таким наименованием появляется в письменных источниках в 1518 году. И сегодня именно эта дата считается условной точкой отсчета истории Красного Холма. Хотя, как мы понимаем, первое поселение возникло гораздо раньше. А первое упоминание торгового села Спас на Холму связано с именем калужского князя Симеона Ивановича, сына Ивана III и Софьи Палеолог (напомним, племянницы последнего византийского императора Константина XI). Тот передал село в дар Антониеву монастырю, что и нашло отображение в документальных хрониках.

Сама эта обитель, кстати, является одной из древнейших в нашей области – датой ее основания считается 1461 год. К сожалению, общее современное состояние монастыря оставляет удручающее впечатление, не в лучшем виде сохранился и белокаменный Никольский собор, памятник архитектуры конца пятнадцатого века.

Основатель монастыря, преподобный Антоний, предположительно поселился в этих землях, придя из Кирилло-Белозерской обители (территория современной Вологодской области). Согласно монастырскому «Летописцу», старец не планировал изначально там оставаться, имея совершенно иные планы. Но все изменила тяжелая болезнь преподобного, и в 1461 году в месте слияния рек Неледины и Могочи были воздвигнуты келья и деревянная часовня. Сам преподобный Антоний Краснохолмский умер в 1481-м, место его погребения доподлинно неизвестно, однако считается, что мощи его почивают рядом с уже упомянутым Никольским собором.

В дальнейшем благосостояние монастыря обеспечивалось большим числом тех, кто вкладывал в его развитие собственные средства. В разное время обитель поддерживали знатные бояре и дворяне – Бутурлины, Тютчевы, Шереметевы, Щербаковы и многие другие. Не оставался в стороне и государь Иван Грозный, чьи пожертвования были весьма значительными. И именно на них к 1592 году была построена церковь в честь Покрова Пресвятой Богородицы.

Но не за горами уже были времена Смуты, и монастырю предстояли нелегкие испытания. Мы не раз уже говорили об этой непростой для нашего государства эпохе – сменяющие друг друга самозванцы, иностранная интервенция, толпы «гулящих людей» (разбойников). Даже в относительно спокойные дни получить кистенем по голове можно было и в московской подворотне, не говоря уже о провинции. И, конечно же, излюбленными мишенями разного рода проходимцев становились монашеские обители с их богатствами. Не удалось избежать грабительских набегов и Антониеву монастырю.

На тот момент обитель еще не была окружена каменной стеной, а потому была с легкостью доступна даже для мелких шаек. В округе бродили как русские мятежники, так и польские войска. Последние пользовались слабостью монастыря и собирали своего рода дань, обещая со своей стороны защиту. Однако в конечном итоге обитель все же была разорена, храмы подверглись поруганию, а окрестные земли пришли в запустение.

Зимой 1609-1610 гг. после бегства Лжедмитрия II в Калугу и разгрома его войск в отдельных русских краях стало поспокойнее. Насельники Антониева монастыря принялись восстанавливать свою разоренную обитель, но уже в следующем, 1611-м вновь пришли поляки. Окрестные деревни и села интервенты сожгли, многих жителей убили, часть успела спастись бегством. Насельники монастыря были избиты, а в стенах обители засел враг. Освобождение пришло лишь весной 1612 года, когда Минин и Пожарский послали против захватчиков большое войско. Прознав о наступлении рати, враг сбежал из монастыря, сдав его без боя.

Антониев монастырь, начало XX века

Однако последствия Смуты давали о себе знать еще долго. По стране продолжала бродить многочисленная вольница, и в монастыре для защиты разместились стрельцы с казаками. А следы разорения обители и ее вотчин были заметны вплоть до конца 1620-х годов. В 1634-м Антониев монастырь вдобавок ко всему пострадал от пожара, но уже в скором времени постепенно восстановился. Так, во второй половине семнадцатого века обитель уже находилась в материальном и духовном расцвете, тогда же был построен целый ряд колоколен, церквей, келий, а также возведена ограда. Продолжалось это вплоть до начала века восемнадцатого, когда петровские реформы поставили Антониев монастырь в тяжелое положение (впрочем, это коснулось и других обителей). А во второй половине столетия он и вовсе лишился довольно больших вотчинных площадей – указом уже Екатерины II.

Но по-настоящему сложные времена наступили для монастыря после Октябрьской революции 1917 года. Настоятель, игумен Иоанн, был выселен из Тверской губернии, а в двадцатые годы сама обитель уже по факту прекратила свое существование. Полностью закрыта она была в 1930 году. К этому времени огромное число монастырских ценностей было изъято и вывезено. Целые уникальные коллекции, представляющие высокую ценность, как историческую, так и художественную, оказались утраченными.

А к концу 1930-х начали разбирать и сами монастырские строения. Церковь Иоанна Предтечи вместе с колокольней была полностью разрушена, эта же участь была уготована и другим зданиям. Обитель могла и вовсе исчезнуть, но в 1960 году была взята под охрану государства как «архитектурный объект». К сожалению, было уже по факту поздно. Сегодня монастырский комплекс мало отличается от того, что сохранилось в далекие шестидесятые.

Однако с недавнего времени обитель числится как действующее архиерейское подворье со своим настоятелем, в текущем году была возведена деревянная часовня и начаты восстановительные работы в Никольском соборе. Такие начинания не могут не радовать, однако, как мы понимаем, даже если Антониев монастырь и восстановят в прежнем виде, это будет уже не то.

Красный Холм

С момента, когда Екатерина Великая подписала в 1764 году указ о конфискации монастырских земель, село Спас на Холму перестало быть монастырской вотчиной. А в 1776 году оно получило статус уездного города и новое название – Красный Холм.

Почему новый город назвали именно так, история умалчивает. И, конечно же, точные сведения людская молва заменила легендой – будто бы императрица, проезжая мимо этого уездного центра, была невероятно поражена его красотой. Поэтому Красный Холм и стал Красным, то есть Красивым. Согласно утвержденному плану развития города, последний должен был объединить в своих границах Антониев монастырь, само бывшее село Спас на Холму и еще три деревни между ними. Однако в реальности это было осуществлено лишь частично.

Город развивался довольно медленно, и сохранялась эта тенденция вплоть до конца XIX столетия, когда через Красный Холм прошла ветка Московско-Виндаво-Рыбинской железной дороги. По факту это стало спасением для постепенно хиревшего города, в котором вскоре начала развиваться торговля льном и продукцией кожевенного производства. Красный Холм начал активно застраиваться – в основном двухэтажными домами, причем как деревянными, так и каменными. Отчасти город напоминал (и напоминает до сих пор) соседний Бежецк, только, конечно же, в меньших масштабах. И, конечно же, Краснохолмский уезд не обошли стороной общегосударственные проблемы, в частности крепостное право и произвол чиновников на местах. Есть даже легенда, что Салтыков-Щедрин написал часть своих злободневных произведений под впечатлением от Красного Холма, когда посетил его, будучи вице-губернатором.

Стоит отметить, что Красный Холм в Российской империи был уездным городом всего два десятилетия – при создании в 1796 году Тверской губернии он вошел в состав Бежецкого уезда. В первые годы советской власти Краснохолмский уезд был восстановлен и побывал в составе двух губерний РСФСР – Тверской и Рыбинской. Одноименный район был образован уже в 1929 году – в составе Бежецкого округа Московской области. А в 1935-м он стал относиться к новообразованной Калининской.

Сегодня Красный Холм так и остается тихим провинциальным уголком нашего региона. Кто-то, возможно, посчитает, что там нет ничего интересного, однако это не так. Жилая застройка в стиле эклектики рубежа XIX и XX веков создает неповторимый уютный образ Красного Холма, а руины Антониева монастыря определенно стоят того, чтобы их посетить. Кстати, если вы уже были в Кашине, Красный Холм определенно преподнесет вам сюрприз – торговые ряды, построенные в 1910 году на центральной площади, удивительно напоминают кашинский Гостиный двор.

Фото Дмитрия Клушанцева, ru.wikipedia.org

К сожалению, несмотря на свою привлекательность, пусть и скромную, Красный Холм переживает не лучшие времена. Если к началу девяностых население этого городка достигало почти восьми тысяч человек, то на текущий момент оно немногим превышает пять тысяч. Очень многие разъехались – кто в областной центр, кто в соседние регионы. Положение усугубляется тем, что в городе фактически отсутствует развлекательная инфраструктура, нет в Красном Холме и учебных заведений. Ближайший город, куда краснохолмские ребята после школы могут уехать для получения специальности, – это Бежецк. А ведь любой малый населенный пункт, как мы с вами прекрасно знаем, держится на своего рода «трех китах» — здравоохранении, образовании и культуре. И если медицина в городе и районе есть (в частности Краснохолмская ЦРБ), то с получением профессии и развлечениями имеются определенные сложности. И давайте не принижать значение последней сферы: мы с вами привыкли к тому, что если хочется посмотреть новый фильм, мы выберем ближайший кинотеатр из четырех. А как быть юношам и девушкам из Красного Холма, для которых ближайший кинозал – это тот, что в Бежецке? Примечательно, что в советские времена «важнейшее из искусств» было доступным во всех районных центрах.

Будем надеяться, что в ближайшее время плачевная ситуация в ряде муниципалитетов нашего региона, в том числе в Красном Холме, исправится. И не последнюю роль в этом может сыграть развитие туризма – об этом мы не устаем говорить из номера в номер. Возможно, когда-нибудь в нашем регионе появится отлаженный туристический маршрут по городам Тверской Карелии. А пока вы можете самостоятельно посетить тот же Бежецк и потратить еще немного времени, чтобы оттуда добраться до Красного Холма – дополнительно порядка пятидесяти километров на северо-восток.

Сергей САВИНОВ