Одно название: судьба визитной карточки Твери

Автор: Край справедливости | Создано 06.06.14

rechnoyДаже если здание речного вокзала восстановят, функцию главных волжских ворот областного центра ему уже не вернуть.

Остановка транспорта, первая в Заволжье после съезда с Нового моста, до скончания века, наверное, так и будет называться «Речной вокзал». Хотя приезжему народу и юным тверитянам вряд ли понятно, какой вокзал и куда от него можно уехать.

Ответ: никуда.

Конечно, если вы не пассажир нарядного теплохода, заглянувшего в Тверь на один день. В последние годы такое событие случается чуть ли не каждый день. Жить стали лучше, вот столичная публика и желает развеяться, выбраться из мегаполиса хоть на несколько дней туда, где чистый воздух, блеск воды, изумруд берегов. Провинция, в общем.

Тогда милости просим! Для вас будут нарядные девушки в псевдонародных костюмах с хлебом-солью. В пояс поклонятся, песню споют, а экскурсовод поспешит поскорее увести пассажиров подальше от руин странного круглого здания на высоком подклете торговых рядов.

Не начнешь же с ходу рассказывать о трудной судьбе тверского речного вокзала, здания, как раньше писали, трудной и прекрасной судьбы!

Ты помнишь, как все начиналось?

Прекрасное осталось в прекрасном же далеке.

Тверитяне, точнее, калининцы, помнят, какой бурной жизнью жил вокзал еще в 80-е годы ушедшего века. Воздушные суда всех мастей – «Ракеты», «Кометы», «Метеоры» (дети космической эпохи, некоторые на подводных крыльях!), а также романтичные «Зори» и трудолюбивые «Москвичи» бороздили просторы Волги, разнося граждан великой страны по верховьям и низовьям главной русской реки.

Люди спешили кто куда. Одни в деревеньки, стоящие по волжским берегам, – Судимирки, Поддубье, Моркино, Избрижье. Другие направлялись навестить детей, отдыхающих в пионерских лагерях и на детсадовских дачах (сейчас уже и непонятно, что это такое). Кто-то направлялся в Путилово или Кокошки повидать больших детей. Ведь в Путилове располагался военный городок, а в Кокошках – лагерь суворовского училища.

Часть граждан ехала просто отдохнуть на лоне природы, побродить по лесам, полным грибов-ягод, искупаться в чистой Тьме или Волге.

Это была простая, незамысловатая жизнь честных советских людей, не знавших турций и египтов и ничуть не страдавших от этого незнания.

Малая часть водных пассажиров направлялась в дальние края – в Нижний Новгород, Астрахань, куда их везли большие 2-3-палубные теплоходы вроде знаменитого в Калинине «Фридриха Энгельса». Это были большие и недешевые многодневные путешествия, но все равно по нашим советским городам, где не надо было менять валюту и ходить строем за гидом.

Куда делась вся эта жизнь? И почему на дороге социальных преобразований из развитого социализма в дикий капитализм кому-то помешал наш речной вокзал?
Может, все дело в том, что он плохо начал?

Ведь для строительства вокзала на стрелке Тверцы и Волги в начале 1930-х годов были снесены постройки древнего Успенского Отроч монастыря, слава о котором шла еще с ХIV века. Он рос и богател. Но после революции 1917 года был закрыт новой властью, превращен в тюрьму для ее врагов, а в начале 30-х годов разобран.

Речной вокзал строился в 1932-1938 годах на фундаменте старинного монастыря. Подземная жизнь обители – ее подклети, переходы, подвалы с призраками монахов и их не всегда добровольных гостей – возможно, досталась вокзалу в «наследство», отяготив его.

Может, монастырским проклятием и объясняется короткая жизнь столь монументального сооружения?

А может, сказалась эпоха Большого террора?

Вокзал в Калинине являлся частью гигантской стройки – канала Москва–Волга, патронируемой лично могучим главой НКВД Николаем Ежовым. Ежов вскоре сгинет в колесе репрессий, его сменит Генрих Ягода, не менее зловещая фигура.

На крупных стройках того времени, как правило, работали заключенные. Вот и калининский вокзал не исключено, что строили подневольные люди. Не могли ли они проклясть возводимое ими здание?

Короткий век тверских волжских ворот

rechnoy vnutriТак или иначе, но жизнь вокзала получилось короткой.

Шестьдесят с небольшим лет – с 1938 по 2002 годы вокзал был нужен людям. А потом тверской порт в духе времени был приватизирован, акционирован и обрел новых, как водится, столичных хозяев. Возить по дачам и деревням старых русских им было неинтересно. Пассажирские перевозки были объявлены невыгодными. Откровенно! Экономикой региона в то время, которое можно охарактеризовать как «поздний Платов», ведал некто Андрей Строев, неординарный по-своему человек. Он заслуживает отдельного рассказа.

Так вот, во время замгубернаторства господина Строева речной вокзал фактически утратил свои вокзальные функции. Множество людей – капитанов, механиков, матросов – остались без работы. Что с ними стало? Неужели пошли на рынок – в прямом и переносном смысле?..

Так начался закат знаменитого речного вокзала. Любимца создателей кино, кстати. Сколько шедевров было отснято внутри и снаружи нашего речного!

«Чучело», «Дети Арбата», «И снова Анискин», «Статский советник»… Слава богу, что их сняли! На пленке ПО «Свема» запечатлен еще вполне крепкий вокзал. В пору съемок кирпичи не вываливались из деталей его фасада, да и якоря стояли на своих местах. Причем все четыре, а не единственный, как сейчас.

Ренессанс в жизни памятника архитектуры наметился несколько лет назад, когда в Твери появился столичный галерист Марат Гельман.

Помните? «Верь в Тверь», Центр современного искусства «TverCa», инсталляции, странные объекты странного искусства… возмущение местных художников и прочее.

Гельману под его проект отдали разваливающееся здание вокзала и выделили средства. Некоторые следы восстановления вокзала видны. Отремонтирована крыша в крыльях, разобран и восстановлен шпиль, открытая площадка ресторана обрела ограждение, внутри вынесен мусор и даже проведена покраска. Правда, она уже отлетает – то ли покрасили кое-как, то ли сказывается отсутствие отопления в зимнее время?

Сподвижники Гельмана сделали очень важное дело – снесли внутренние перегородки здания, возведенные в 90-е годы его арендаторами. Интерьер предстал в первозданном виде. А еще гельмановцы отремонтировали туалет. Он прекрасен! Я знаю, что говорю, честное слово!

Но то время ушло безвозвратно. Гельман устраивает свои ошеломляющие перформансы в других регионах. Если повезет.

Надежда умирает последней

rechnoy kolonnyГод назад речной вокзал был передан картинной галерее и объединенному музею, чьи здания ремонтируются. Но работники искусств занимают только часть здания. Бо́льшая его половина по вечерам погружается в одинокую темноту.

Что там творится по ночам, никому неизвестно. Может, по этажам и лестницам, от шпиля до подвалов, беззвучно скользят призраки монахов, заключенных, пассажиров и других обитателей построек в месте слияния Тверцы и Волги?

Что абсолютно точно известно – тверской вокзал является местом притяжения фотографов, блогеров, журналистов и просто любителей старины со всех уголков страны и зарубежья. В Интернете нет числа постам о тверском вокзале. Посмотрите, интересно!

Завтрашний день уникального здания в тумане. Но повод для осторожного оптимизма все же есть. По крайней мере, можно радоваться тому, что в нем расположился не банк, не коммерческая структура, не офис олигарха, не администрация Заволжского района и даже не загс, как планировалось отцами города некоторое время назад. Служители искусства не могут не понимать ценность вверенного им объекта.

А там – чем черт не шутит? Может, нынешнее поколение российских людей еще будет ездить на новейших «Кометах» и «Ракетах» по матушке реке?

Антон АНАЛЬГИН