Откровенно о тверской журналистике

Автор: Край справедливости | Создано 25.01.18

Интервью с главным редактором РИА «Верхневолжье» Юлией Овсянниковой.

— Юлия Олеговна, для начала хотелось бы поговорить подробнее о самом РИА «Верхневолжье». Сейчас это название у всех на слуху, но при этом не все знают, как возникло региональное информационное агентство, какова его история.

— Сам холдинг образовался чуть больше двух лет назад, но по сути он до сих пор находится в стадии становления, ведь довольно непросто объединить под одной крышей ряд старейших изданий со своими коллективами, традициями и форматами. Напомню, что в холдинг входят газеты «Тверская жизнь» и «Тверские ведомости», а год назад РИА «Верхневолжье» стало издателем газеты «Московский комсомолец в Твери». Не будем забывать также о трех интернет-сайтах, радиостудии и видеостудии. Чтобы все это заработало как система, нужно время. Но считаю, что ряд шагов в этом направлении, причем успешных, мы за минувший год сделали, а в работе площадок РИА «Верхневолжье» сейчас прослеживается и взаимосвязь, и разноформатность.

— Сразу же хочется перейти к одному из достаточно важных вопросов, скажем так, из профессионального интереса. Порядка пяти лет вы успешно возглавляли наше издание, а на сегодняшний день уже около года являетесь главным редактором одного из крупнейших в тверском регионе медиаресурсов. Каково это – руководить холдингом такого масштаба?

— Начнем с того, что я больше двенадцати лет работаю в медиасфере. Я выпускница филологического факультета ТвГУ, в 2015 году окончила аспирантуру при кафедре теории литературы ТвГУ. Прошла курс печатной журналистики Игоря Попова в «Mediaшколе «АИФ». В 2011-м прошла президентскую программу подготовки управленческих кадров по направлению «Менеджмент». Поэтому то, что непосредственно связано с управлением в сфере СМИ, мне хорошо знакомо. В РИА «Верхневолжье» я занимаюсь как раз тем, чему училась и чем занималась в других изданиях, в том числе в «Вече Твери».

— Но одно дело – небольшое коммерческое издание, и совсем другое – крупный государственный холдинг, куда входит несколько СМИ.

— Да, безусловно. Нужно понимать, что речь идет не просто о ряде газет и сайтов, сваленных в одну кучу. Одна из особенностей холдингов – это единство и системность. Все ресурсы холдинга должны работать как сообщающиеся сосуды, усиливая друг друга. Собственно, эту задачу нужно решать в любом СМИ, разница лишь в масштабах.

Кстати, еще год назад мало кто понимал, что вообще представляет собой медиахолдинг РИА «Верхневолжье», была путаница даже с названиями. Как только не называли холдинг — «Объединенная редакция газет «Тверская жизнь» и «Тверские ведомости», «Холдинг «Тверской жизни» и «Тверских ведомостей»… Редкий человек со стороны мог объяснить, что такое РИА «Верхневолжье» и что куда входит. За минувший год нам удалось позиционировать РИА «Верхневолжье» как единый медиаресурс, и многие наконец выучили его название.

— Кстати, очень показательно, что РИА «Верхневолжье» сейчас занимается продвижением бренда «МК в Твери» — газеты и сайта.

— Я считаю, что этим можно гордиться – год назад мы начали издавать такую интересную и самобытную газету, как «Московский комсомолец в Твери», которая является независимым изданием со своим лицом и традициями. В нашем регионе у «МК» непростая история – газету в разное время издавало много людей и организаций. Конечно же, это сложно, а такой федеральный узнаваемый бренд – это еще и серьезная ответственность, но в итоге у нас получилось поставить это издание в один ряд со старейшими СМИ региона. Кстати, у интернет-сайта «МК в Твери» своя жизнь, его контент несколько отличается от контента одноименной газеты. У него есть интересная новостная и репортажная составляющая, еще одна «фишка» сайта — яркие ироничные заголовки.

— Примечательно, что еще год назад бренд «МК» считался неперспективным в нашей области.

— Да, именно так – разговоры об этом велись часто. Считалось, что «МК в Твери» невозможно «раскачать» и продвинуть в тверском регионе со сложившимся медиарынком. Его называли заведомо убыточным проектом, а РИА «Верхневолжье» предрекали провал. Однако за год сайт «МК в Твери» вошел в пятерку ведущих интернет-ресурсов региона, и федеральный издательский дом «Московский комсомолец» вручил осенью тверскому сайту «МК» награду в номинации «Наивысший рост посещаемости среди региональных поддоменов «МК». А региональных интернет-ресурсов, работающих под брендом «Московский комсомолец», на минуточку, около семидесяти. Так что критики проекта оказались неправы.

— Насколько нам известно, вы сейчас проводите очень большую работу по модернизации всех интернет-ресурсов РИА «Верхневолжье».

— Вообще, основные силы в прошлом году были вложены именно в брендирование и в узнаваемость РИА «Верхневолжье». У холдинга появился свой логотип, разработан бренд-бук, под эгидой РИА проводится очень много мероприятий, создан целый ряд интернет-площадок. Весь год мы наращивали присутствие в социальных сетях, которое было минимальным, выстраивали систему распространения материалов по городским и районным группам, завели новостные агрегаты и многое другое. И это дало результат: о РИА «Верхневолжье» знают или слышали, наверное, все.

Сейчас люди читают новости в интернете, а привлекать аудиторию могут только красивые качественные сайты с удобной навигацией и обязательной мобильной версией. С учетом всего этого полностью переработан сайт «Тверских ведомостей»: официальный запуск состоится 1 февраля. Сайт заработает как полноценный портал с хорошим дизайном, с фотолентой в стиле ретро, с интернет-телевидением, где будут «крутиться» наши видеопродукты. Кстати, о видео: РИА «Верхневолжье» выпускает три телепередачи – «Наш регион», «Просто о хорошем», «От истока». С 1 февраля они выйдут в новом оформлении, а вместе с модернизированным сайтом «Тверских ведомостей» мы запустим еще один видеопродукт – просветительский проект «Энциклопедия Tverica», который однозначно порадует поклонников образовательных сайтов и онлайн-университетов. Он ориентирован, в первую очередь, на молодежь и людей среднего возраста.

— Раз уж мы заговорили о молодежи, остановимся на этом вопросе более подробно. Раньше молодые люди, окончив филологический факультет по направлению журналистики, устраивались в старейшие издания региона. Там они получали необходимые навыки, более опытные коллеги делились с ними секретами мастерства, в общем – шел полноценный процесс становления молодого специалиста. Сильны ли сейчас эти традиции в РИА «Верхневолжье»?

— На мой взгляд, преемственность – это очень непростая тема для тверского медиасообщества. Был период, когда она прервалась, что в итоге аукнулось региональной журналистике общим снижением качества информационного поля и практически полным отсутствием новых лиц. Мы по-прежнему наблюдаем проблему с «пересменкой». Многие журналисты пришли в профессию еще в восьмидесятые и девяностые годы. Безусловно, мы относимся к ним с огромным уважением, есть имена-легенды, но возникает вопрос: а что дальше? Кто будет лицом тверской журналистики через три-пять-десять лет? Кто будет вести диалог с той частью молодежи, которая через несколько лет подрастет по карьерной лестнице и начнет занимать серьезные посты? Будут ли у этих людей сверстники-журналисты, которые смогут задать им вопросы как равным, а не с высоты возраста и жизненного опыта?

Важно осознать, что журналистика все время меняется, и меняется ее роль. Трудно, согласитесь, представить современного журналиста, которого нет в социальных сетях, который не высказывается по каким-то ключевым событиям, не интересуется общественно-политической жизнью, не листает новостные ленты. Сегодня человек нашей профессии – не просто пишущая единица, это еще и эксперт, который активен в интернет-пространстве. В общем-то, он и сам, по сути, является лидером общественного мнения, у которого есть имя и фамилия. Так выглядит вся современная журналистика, и тверское медиапространство, конечно, должно соответствовать общемировым и общероссийским тенденциям, войти в актуальные медиатренды.

Ни для кого не секрет, что информационная повестка сейчас формируется в интернете, и формирует ее новое поколение. Мне оно нравится: молодые лю

 

ди сейчас очень активны, увлечены волонтерскими проектами, у них в моде здоровый образ жизни. Это поколение школьников и студентов, образно говоря, родилось со смартфонами в руках: оно не смотрит телевизор, вместо этого читает новости в интернете и очень интересуется политикой. Так кто же будет вести диалог с этой молодежью через пару лет? Неужели интернет-тролли и нигде не зарегистрированные площадки, которые не несут ответственности за мусор, который размещают? Или все-таки диалог будут вести серьезные медиаресурсы и профессиональные журналисты, которым есть что сказать?

Вопрос стоит ребром: либо тверское медиапространство берет себя в руки и СМИ всерьез занимаются новым поколением, либо через несколько лет мы попросту потеряем это поколение. Ему хочется быть нужным, полезным, востребованным. Поэтому важно работать с молодыми специалистами, с выпускниками, которые ищут себя в профессии, должны где-то практиковаться и набираться опыта. В нашем регионе довольно серьезная школа журналистики, и мы рады, что нам удалось возобновить традицию преемственности, о которой вы упомянули.

— Здесь хотелось бы остановиться и услышать больше конкретики.

— Вот конкретика: РИА «Верхневолжье» недавно заключило договор с Тверским государственным университетом, согласившись стать площадкой для студенческой производственной практики по трем направлениям: журналистика, социология, политология.

— А лично главный редактор Юлия Овсянникова как-то в этом участвует? Я имею в виду не организационные моменты, а непосредственную работу со студентами, с молодыми специалистами? Делитесь опытом с молодежью?

— Разумеется. Например, я полгода вела предмет «Политический процесс в тверском регионе» для студентов четвертого курса направления «Политология» в ТвГУ. Это стало для меня самой интересной практикой и возможностью поделиться знаниями и опытом. По итогам семестра я приглашу несколько студентов на стажировку в РИА «Верхневолжье».

— Говорят, что на практику к вам сейчас целые очереди…

— Это правда. На стажировку к нам просятся не только журналисты, но и фотографы, видеооператоры, дизайнеры. Приходят и просто молодые ребята, которые хотят попробовать силы в журналистике. Нам это очень приятно, с ними мы тоже общаемся, даем возможность приобщиться к команде, почувствовать журналистский азарт. В РИА регулярно проходят практику студенты-фотографы. В видеогруппе делают сюжеты и работают в кадре несколько стажеров и практикантов. На сайте «МК в Твери» сейчас тоже пробует силы стажер. На днях я его спросила: «Ну что, интересно?» Было приятно увидеть горящие глаза и услышать: «Да, вот именно этого я и хотел!»

Нельзя отталкивать молодых людей с горящими глазами – если человек талантлив, но не востребован, не исключено, что он в итоге пополнит ряды интернет-троллей. Упускать потенциальных специалистов, я считаю, это в каком-то роде преступление.

— Каверзный вопрос: студентам вообще интересна политика? Как они реагируют на подобные предметы?

— Еще как интересна! Вопреки распространенному мнению молодежь у нас неравнодушна к политике. Ей важно понимать процессы, идущие в регионе, в стране и в мире. И сейчас я, заметьте, говорю не только о студентах-политологах, а в целом о молодежи.

— О чем, например, вы рассказываете студентам на лекциях?

— О том, как устроено политическое поле, как устроена власть, как устроена партийная система, как формируются элиты, что такое ресурс, что такое медиаполе, как проходят избирательные кампании, мы разбираем политические процессы в диахронии – с распада СССР и до настоящего времени, анализируем колонки федеральных и региональных экспертов… Перечислять можно долго. Но самое главное, что я пытаюсь объяснить студентам, – нельзя путать политику с политологией, борьбу и эмоции с рациональным анализом. Политика – это борьба, журналистика – авторская интерпретация, а политология – анализ, основанный на знаниях и логике. Объяснить это студентам-политологам особенно важно, потому что в нашем регионе большой дефицит на хороших специалистов в этой сфере, а политиков — великое множество.

— Мы затронули действительно важный аспект вашей работы. Но есть еще одна тема, которая волнует многих и даже является объектом спекуляций. Ведутся разговоры, что РИА «Верхневолжье» съедает много бюджетных денег. А кто-то и вовсе говорит, что государственный медиахолдинг – затратное и ненужное предприятие. Как вы можете это прокомментировать?

— Ни одна сфера не может развиваться без финансовых вливаний. Другой вопрос, насколько они эффективны. Если все делать грамотно, можно перейти на самоокупаемость, и мы к этому стремимся. Более того, у нас это постепенно начинает получаться – по крайней мере, в отдельных сегментах. Для этого была проведена и продолжает проводиться титаническая работа коллективов всех трех газет и трех сайтов, входящих в РИА «Верхневолжье». Конечно, бюджетная поддержка есть – мы этого и не скрываем, ведь медиахолдинг государственный. А об эффективности поддержки можно судить по тому, о чем я уже сказала: это узнаваемость бренда, улучшение качества контента, работа с молодежью и многое другое. Есть и такой немаловажный момент: не все наши критики хорошо представляют себе механизм работы СМИ. Так что критика бывает тоже разного уровня.

И давайте не забывать о том, что существуют такие понятия, как медиаменеджмент и эффективность. Каждый человек в любом СМИ, будь то небольшое издание или крупный медиахолдинг, должен быть на своем месте и профессионально заниматься тем, что у него получается лучше всего. Иначе откуда возьмется эффективность?

Безусловно, как и везде, есть сложности, но не хочется выносить сор из избы. Мы знаем о своих проблемах, мы с ними справляемся, постоянно работаем над собственным развитием: процесс не останавливается.

Губернатор поставил перед нашим медиахолдингом точно такую же задачу, которая поставлена перед всеми государственными структурами и предприятиями: это эффективность, работа на качество, постоянное развитие и модернизация. Если вы заметили, так сейчас происходит везде.

— Приходится ли резать по живому?

— Сложный, но важный вопрос. Современная журналистика изменилась. Аналитические статьи, новостные заметки – все это должно быть просто, понятно и доступно для людей. Вдобавок все это должно быть еще и красиво оформлено. Между современными СМИ и СМИ восьмидесятых-девяностых лежит огромная пропасть. Люди сейчас получают информацию не только на текстовом, но и на визуальном уровне. Некрасивый ролик не посмотрят, будь он хоть трижды умный. Текст с плохой фотографией просто пролистают в ленте. Однако в то же время есть вещи, которые мы должны сохранять, – это традиции журналистики.

При всем бурном развитии интернет-технологий печатные издания никто не отменял. Серьезная, качественная аналитика – это как раз сфера традиционных СМИ. А новости перекочевали в Сеть – это удобно и оперативно. В том и сложность: важно грамотно использовать особенности всех доступных ресурсов – это, пожалуй, и есть сочетание модернизации с традициями.

— Если говорить об аналитике, какой она должна быть?

— Главное — не безликой. Это текст, где автор демонстрирует искусство рассуждения, увлекая читателя своими логическими цепочками. Аналитика бывает только авторской. И благодаря таким материалам газета всегда будет востребована.

— Еще один непростой вопрос: как обстоят дела со средствами массовой информации в районах?

— В районах — те же проблемы: обилие фейков и непонятных незарегистрированных ресурсов. На все это наслаивается характерный для небольших территорий кадровый голод. Доходит до того, что в некоторых изданиях замену себе не могут найти даже редакторы. А раз на территории нет журналистов, их место занимают фейки и медиахулиганы. Это большая проблема, которую нужно срочно решать. Районной прессе нужно срочно нагонять современные медиареалии.

Мы пытаемся это исправить – общаемся с рядом районных журналистов, готовы помогать им в освоении интернет-пространства, в подготовке местных кадров и во многом другом. Та же политика, о которой мы постоянно говорим и пишем, должна освещаться на высоком профессиональном уровне: интересно, ярко, без обмана – его сразу видно. Суконный бюрократический язык в статьях на важные темы вызывает негатив и отторжение, даже если информация правдива. А вот те, кто работает по другую сторону баррикад, фейки и тролли, говорят с людьми на понятном им языке – и находят аудиторию, не сказав ни слова правды. В подавляющем большинстве случаев это негатив и грязь. Поэтому профессиональная журналистика должна быть на несколько голов выше всех самозваных «аналитиков» и «экспертов».

— Последний вопрос. Люди стали чаще спрашивать у представителей нашего цеха, есть ли в России свобода слова. Звучит банально, но многие на самом деле имеют слабое представление о том, что это вообще такое.

— Эти люди, к сожалению, путают свободу с вседозволенностью. Задачи СМИ во всем мире одинаковы. Везде существуют площадки, которые доводят до населения повестку власти, и площадки, нацеленные на разрушение этой повестки. Везде существует медиаборьба. Но она должна вестись в рамках действующего законодательства, и важно отличать критику от грязи, справедливые вопросы от призывов к смене конституционного строя.

Кое-кто сейчас ностальгирует по той «свободе слова», которая была в нашей стране на пике девяностых. Но этот небольшой период жизни отечественных СМИ был, на мой взгляд, не нормой, а аномалией. И говорила эта аномалия о том, что у нас фактически отсутствовали государственные институты. Не было правового поля, а были противоборствующие элиты, кланы и коммерческие структуры, обзаводившиеся ресурсами для борьбы за деньги и власть. Да, для журналистов это было интересное, авантюрное, супертворческое время. Такой же «расцвет» медиажизни и политтехнологий мы наблюдаем, к слову, в одном соседнем с нами государстве. Но это говорит не столько о свободе слова, сколько о слабости государственных институтов и отсутствии сложившегося информационного поля. Что касается европейских стран, которые многие так любят приводить в пример, поделюсь своим личным опытом: тот, кто владеет иностранным языком и регулярно читает ведущие СМИ отдельно взятой европейской страны, вникнет, в конце концов, в местные информационные расклады и обнаружит существование точно таких же устоявшихся медиапулов с общими повестками. Те, кому ближе повестка власти, сконцентрированы в одном медиапуле, те, кому ближе разрушение этой повестки, – в другом: вот и все. А что, разве у нас не так? А может, вся проблема в том, что у нас журналисты часто оказываются не в своем медиапуле, тогда как им просто нужно в другой?

А если говорить об интернете, то там сейчас, извините, сплошная свобода слова. Некоторые вещи с трудом укладываются в голове. Помню, несколько лет назад в тверских социальных сетях журналисты одного из изданий обсуждали, как лучше поступить с журналистами другого издания – казнить или расстрелять. В любой стране мира это закончилось бы общественным порицанием и серьезными разбирательствами.

Так что говорить об отсутствии в нашей стране свободы слова как минимум неприлично. Другой вопрос, кто и как пользуется этой свободой.

— На этом мы, пожалуй, и закончим. Спасибо за обстоятельные ответы! Успехов в работе!

Беседовал Сергей САВИНОВ