«Музыканты» Вагнера: шпана или герои?
Мы решили начать эту статью с маленького теста на эрудицию. Писатель Федор Достоевский, ученый Дмитрий Лихачев, философ Павел Флоренский, ведущий Александр Масляков, поэт Иосиф Бродский, актеры Георгий Юматов, Савелий Крамаров и Георгий Жженов, певицы Лидия Русланова и Жанна Агузарова, футболист Эдуард Стрельцов, конструктор Сергей Королев, боец Иван Савкин — что общего у этих людей? Не морщите лоб, ответ прост: все эти люди прошли через тюрьму, были заключенными. Но есть нюанс — великому футболисту Стрельцову, некогда отсидевшему за изнасилование, недавно под ликование фанатов был открыт памятник. А чтобы бойца Ивана Савкина, погибшего на Украине, похоронили по-человечески, впрягаться пришлось всей российской общественности, ведь чиновники припомнили покойному… срок за мелкую кражу.
Этот позорный сюжет на прошлой неделе облетел все телеграм-каналы: несколько мелких свердловских чиновников, узнав о предстоящих похоронах погибшего бойца — «вагнеровца» Савкина, который попал на фронт из мест не столь отдаленных, отказали в почетном карауле, отдании воинских почестей, гражданской панихиде в ДК и запретили хоронить бойца на центральной части кладбища. Рыдающих родных с гробом погнали окольными путями в далекий район на забытый богом погост, заявив: «Он же бывший зэк».
Да, чиновников тут же жестко осадил Пригожин и ряд федеральных политиков, начиная с руководителей думских фракций. Даже тихий Миронов вышел из себя, назвав ревнителей чистоты анкет подонками, и призвал отправить на фронт их самих и их детей.
За Ивана Савкина вступился в итоге даже Кремль и лично Владимир Путин! Там подтвердили — да, президент действительно вручает государственные награды представителям ЧВК «Вагнер». Нормальные люди, конечно же, правильно поняли кремлевский сигнал: раз вручает, жмет руку — значит, считает героем. Негоже огромному государству копаться в мелких кражах, когда речь идет о сохранении страны, суверенитете, жизни миллионов людей: вот как следует читать кремлевское послание!
Все, инцидент исчерпан? Как бы не так! Да, конкретных мелких свердловских чиновников поставили на место (про увольнение их мы, заметьте, ничего не слышали). Но ведь они лишь попки — «повторюши» тренда, с которым российское общество сталкивается ежедневно, зайдя в социальные сети. С тех пор как прошла информация о привлечении заключенных к участию в СВО, мы читаем сотни злобных постов с одной и той же мыслью: осужденные — это люди второго сорта и героями быть не могут. Повоевали? Пусть сидят и не отсвечивают!
И вот что интересно: эту идею, если присмотреться, продвигает все тот же «любимый» нами социальный слой — раскормленных чиновников средней руки, медиакласс с либеральным налетом, городская псевдоинтеллигенция, инфантильные мальчики и девочки больших городов. Одним словом, все те люди, которые, живя десятилетиями сыто, благополучно и на государственные харчи, образовали целую касту высокомерных социальных паразитов.
Сейчас их бесят осужденные на фронте. Но кто, скажите, их не бесит? Тут достаточно просто покопаться в архивах. Бесили пенсионеры, «понаехавшие», провинциалы, мигранты, националисты, в целом русский народ — именно этот социальный класс придумал для него такие слова, как «быдло», «ватники», «совки». Сейчас же эта братия накинулась на «вагнеровцев». И дело тут уж конечно не в приговорах и статьях. Похоже, бездельники, боящиеся угодить в зону СВО, страшно ревнуют бывших зэков к медийности! Но об этой своей боли мерзавцы, конечно, молчат: зато льются лицемерные речи о каких-то там репутациях и пугалки про «маньяков на свободе».
Народ против
Что это? Вообще-то обыкновенный фашизм. В России никогда не ставили крест на людях, преступивших закон, не вычеркивали заключенных из общества. Наоборот, русский народ придумал мудрую пословицу: от сумы и тюрьмы не зарекайся. К нищим и к сидельцам на Руси испокон веков относились с особым сочувствием. И источник такого отношения очевиден — это православие, христианство. Ведь сам Христос был распят между двух разбойников, и одному из них, отказавшемуся издеваться над ним, пообещал: «Ныне же будешь со мною в раю». Так что русский человек рассуждал просто, по-христиански: кто я такой, чтобы кого-то осуждать, если сам Бог простил преступника и взял с собой в рай?
Но те, кто на прошлой неделе измывался над погибшим бойцом с криминальным прошлым, не знают, по-видимому, не только прописных христианских истин, но и базовых вех отечественной истории. Ведь если пробежаться по хронике строительства русского государства, выяснится: люди, у которых были проблемы с законом, вносили в этот процесс на всех его этапах совершенно особый вклад. Ведь, напомним, казаки Ермака, покорившие Сибирь, были беглыми преступниками? Сибирь же они принесли к ногам царя в обмен на прощение прошлых грехов. Кем был легендарный народный герой Стенька Разин, если не «криминальным элементом»? Кем, если не разбойником, был Опта, основатель легендарной Оптиной пустыни?
Посмотрите составы экспедиций, ходивших в Арктику и Антарктику, в Сибирь и на Дальний Восток — ни одна не обошлась без людей с криминальными фактами биографии. Это общее место мировой истории: земли для Британской империи добывали ее легендарные пираты. Государство Соединенные Штаты Америки основали беглые и бывшие зэки, аферисты и искатели приключений со всего света. С этого же начиналась Австралия, большинство государств Латинской Америки. И это логично! Ведь для того чтобы открывать новые земли, нужно уметь рисковать и иметь особый авантюрный склад характера. Но кого-то эти таланты приводят к великим победам и героизму, а кого-то в тюрьму. В человеческой же жизни случиться может как одно, так и другое, на что и намекает известная поговорка.
И ладно бы, если бы мы жили в маленьком островном государстве с простой судьбой, которое не играет никакой роли в мировой истории. Но мы живем в России, где через тюрьмы и каторги испокон веков проходили не только насильники и убийцы, но и впавшие в опалу аристократы, проворовавшиеся чиновники, а также так называемые политические! Мы живем в стране, где вообще-то все грандиозные стройки и объекты инфраструктуры, которыми мы так гордимся, построены при участии тех же заключенных, их потом и кровью! Мы живем в стране, у которой из двадцати шести Нобелевских лауреатов четверо имели судимость! Мы живем в стране, где, по официальным данным, через систему тюрем и лагерей в 1921 — 1953 годах прошло 7,6 миллиона человек. И часть из них в годы Великой Отечественной войны воевала в легендарных штрафбатах, которых бросали в самые тяжелые бои.
Поройтесь в интернете, узнайте, сколько орденов и медалей добыли в годы Великой Отечественной войны штрафники и сколько из них стали Героями Советского Союза. Так что опыт СВО — это не новое, а всего лишь хорошо забытое старое. Изменилось с тех пор только одно: в нашем сытом и благополучном обществе завелась особая социальная группа с потерянной совестью и крайне длинным языком, которая неспособна ни на какие жертвы ради страны, окружающих — и поэтому неспособна понять жертвы других.
Можете? Попробуйте!
Понимают ли свердловские чиновники, измывавшиеся над погибшим бойцом и его семьей, через что прошел этот человек? Представляют ли вообще, что это такое — преодолев страх, подняться в атаку под свист пуль и разрывы снарядов? Ворваться в закрытое помещение, где засел вооруженный до зубов враг — а именно это, к слову, и сделал погибший «вагнеровец» Савкин? Когда же до благополучных и сытых людей, жадно листающих вечерами новости про СВО, дойдет: то, через что там сейчас проходят наши бойцы, будет покруче и пострашнее Сталинграда! За семьдесят лет военная техника ушла далеко вперед, такая плотность огня и огневая мощь в сороковых никому и не снилась!
Смешно и горько: рассуждать о геройстве взялись люди, у которых порой не хватает отваги даже на возражение начальству — какие тут войны! Удивительно: чиновников в биографии Савкина возмутила мелкая кража, и это в то время, как только по официальным данным ежегодные российские потери от коррупции составляли около 5 миллиардов долларов в год. А ведь в это же время есть данные о количестве допущенных судебных ошибок, примерные оценки числа «заказных» уголовных дел, есть сотни и тысячи историй о том, как человека в тюрьму привел не криминальный образ мысли и жизни, а банальная бедность и социальная депрессия.
Просто вдумайтесь: на фронте сейчас воюет поколение девяностых. Люди, чье детство пришлось на самые трудные для страны годы. Изучите истории тридцатилетних преступников, в том числе тех, кто сейчас в зоне СВО, — и всплывут страшные сюжеты о нищих деревнях и селах, спившихся без работы отцах, измотанных матерях, о детях, выросших без присмотра и социальной поддержки государства. Та реальность, в которую коллективный Запад снова очень хочет загнать нашу страну. Та перспектива, с которой сейчас на фронте и бьется пострадавшее от политики Запада поколение.
Так как же все-таки относиться к участию осужденных в спецоперации? Кто эти люди — шпана или герои? Есть ли у кого-то моральное право разглядывать их биографии или СВО обнулила их прошлые грехи? Должно ли государство распространить на «музыкантов» из тюрем свой обширный пакет мер поддержки участников спецоперации и их семей? Как быть с ограничениями на участие в политике, на госслужбу, занятие видных должностей, которые, как мы помним, существуют в отношении осужденных? Стоит ли государству применять их к людям, которые рисковали жизнями ради государства?
Эти сложные вопросы мы обсудим в ближайшее время на нашей дискуссионной площадке «Вместе». Но что-то подсказывает: простых ответов на них нет и не будет.
Василий ОРЛОВ
Читайте также: