На российских ресейл-площадках появились неожиданные объявления: женщины продают бывшие в употреблении грудные импланты. Цены на такие «запчасти» стартуют от 20 тысяч рублей — вчетверо дешевле новых. Однако врачи категорически против использования подобных изделий.
Как рассказали «Известиям» эксперты, имплант после извлечения из организма считается загрязнённым и нестерильным. Восстановить стерильность невозможно, а при удалении оболочка почти всегда получает микроповреждения, которые могут привести к разрыву. Кроме того, покупательница не знает истории имплантов и причины их удаления. «Без паспорта, серийного номера и гарантии это кот в мешке», — предупреждает пластический хирург Кира Копылова-Леман.
Риски при установке таких изделий включают инфекцию, нагноение, отторжение, разрыв и капсулярную контрактуру. Ни один лицензированный хирург не возьмётся за подобную операцию — только «в подполье». Добросовестные специалисты работают только с имплантами проверенных производителей, имеющих международные сертификаты.
Причины продажи имплантов, по мнению клинического психолога Сергея Волкова, не всегда финансовые. Расставание с искусственной грудью может быть эмоционально сложным, и продажа становится своего рода ритуалом передачи, который облегчает потерю. Среди реальных причин удаления — желание выглядеть натуральнее, тяжесть имплантов, неудобство при занятиях спортом или просто «перерастание» этой истории.
Современные тренды в пластической хирургии изменились. Женщины всё чаще выбирают естественный результат — прибавить один-два размера, чтобы грудь смотрелась аккуратно и соответствовала фигуре. Редко кто просит большие объёмы. Растёт популярность подтяжки груди и липофилинга — увеличения собственным жиром, без инородного тела.
Мужчины, опрошенные «Известиями», заявили, что всегда «на глаз» определяют искусственную грудь и считают её неестественной. Однако психолог Сергей Волков сомневается в их правоте: современные технологии позволяют добиться максимально естественного результата. По его словам, сегодня в обществе нет единого образа красоты, и критерии выбора партнёра сместились в сторону социальных качеств — статуса, образования, достатка.