В истории нашего города найдется множество противоречивых событий. Как у любой древней земли, бывали взлеты и падения, рушились памятники, одно строилось, другое забывалось. Случались даже периоды настолько хаотичной застройки и столь же безумной нумерации, что многое осталось в прошлом без какой-либо возможности разобраться.
Судите сами. Если мы копнем в Средневековье, то обнаружим огромное количество слобод и слободок. Как пишет тверской исследователь Павел Иванов, застройка в XVI веке была настолько плотной, что, помимо всего прочего, в старых описаниях города можно встретить даже отдельные «полянки». Но то совсем другие времена, здесь хотя бы мы понимаем, откуда ветер дует. И пусть сведений сохранилось не так много, чтобы определить, например, где была слобода Волкуша, разоренная в Смуту, разобраться в средневековых перипетиях порой проще, чем в административной чехарде советских времен.
Нередко бывало так, что ведомственные дома числились непосредственно по предприятиям. Еще один исследователь Твери, Константин Литвицкий, рассказывает о таких странных адресах в избирательных списках, как «дома на берегу Волги против завода КРЕПЗ», «дом облпотребсоюза около тарной базы» и «дома на территории мельстроя». А порой доходило и до совпадений в нумерации. К примеру, улица Дальняя Пристань, образованная примерно в 1940-х, была застроена ведомственными одноэтажками водного транспорта, МПС, фабрики «Пролетарка» и СМУ №1. Здания приписывались не к улице, а к организациям, и их номера могли совпадать – скажем, условный 5-й МПС и еще один 5-й, к примеру, водного транспорта.
Такой беспорядок в тех местах царил не то чтобы очень долго – до шестидесятых годов, когда застройку снесли, чтобы освободить место для новых СМУ, воинской части по улице Бобкова и завода электроаппаратуры. В итоге от целой Дальней Пристани остался один-единственный дом №154 – бывший дом водного транспорта. И трехзначный номер явно говорит нам о том, что кварталы там раньше были очень густыми.
Разумеется, нужно понимать, что во многих случаях жилье было временным – требовалось обеспечить квадратными метрами тех, кто строил новые предприятия и кто работал на них. Впоследствии уже возводились новые дома, а старые, временные, сносились. Сегодня поговорим о некоторых из них.
Кто слышал о поселке Радио?
А ведь такой и вправду был в советском Калинине, просуществовав аж пару десятилетий. Это один из тех случаев, когда строилось временное жилье для работников нового предприятия – конкретно радиоэлектромеханического завода. Сам он возник в конце сороковых на территории х/б комбината. До этого там были просто мастерские по ремонту оборудования для сельских радиостанций и радиоузлов.
Собственно, когда из мастерских вырос завод, для его сотрудников построили тот самый поселок Радио. Территориально он находился на западной стороне 3-й улицы Кирова, это современный Пролетарский район, к западу от железной дороги у берега Волги. Предположительно поселок состоял из деревянных домов в один, максимум два этажа. Уже в шестидесятых его снесли, построив на этом месте новый заводской комплекс по производству электроаппаратуры.
Кстати, есть и другая версия названия: в память о работавшей неподалеку радиостанции, построенной еще в Первую мировую. Размещалась она на Желтиковом поле, которое сейчас занято воинской частью по улице Бобкова. Однако логичнее все же смотрится происхождение названия по предприятию.
Кто такие грабари?
Новая улица (Ротмистрова), поселок Резинстроя, 1956
Большинству наших современников гораздо понятней слово «землекоп», хотя профессия как таковая уже фактически не существует. Всю необходимую работу давно выполняет спецтехника, а ребята с лопатами на большой стройке скорее воспринимаются анахронизмом.
Но раньше землекопы, они же «грабари», считались сноровистыми специалистами. Копать всегда нужно было очень много, и люди этой профессии еще до революции рыли пруды, рекультивировали земли, возводили плотины и даже проводили подготовку к дорожному строительству.
Неправильно представлять грабарей как чернорабочих: во-первых, у каждой артели был свой человек, который цепким взглядом оценивал местность, фактически проводя гидрогеологические исследования на простом уровне, а во-вторых, любой такой землекоп обладал ценным опытом – работать им приходилось на самых разных грунтах.
Трудились грабари и после революции 1917 года, ни одна мало-мальски масштабная стройка без них не обходилась. И в советском Калинине даже существовал целый поселок Грабарей, располагался он где-то в районе Новой Константиновки, на берегу Волги в Новопромышленном районе (ныне Московском).
Поселок упоминается в «Краткой адресно-справочной книге» за 1960 год, однако в избирательных списках отсутствует, из чего уже упомянутый нами Константин Литвицкий делает вывод, что название было неофициальным. Тем не менее сам поселок существовал, и мы можем очертить примерные временные рамки: возник он в 1930-х, когда активно застраивалась калининская промзона, и был снесен в шестидесятых – при расширении экскаваторного завода.
«Мы с Силикатки»
Поселок Силикатного завода, 1958
В любом большом городе, да и в маленьких, но оживленных поселках обязательно есть народная топонимика. Отчасти она совпадает с официальной, однако чаще всего это привязка к значимым предприятиям или связанным между собой кварталам. Сразу навскидку: Хим, Пролетарка, Ворошиловка, Полиграф, Стеколка и, конечно же, Силикатка.
Современный комбинат строительных материалов №2 начинали строить еще во времена массовой индустриализации тридцатых годов, потом работы были прерваны Великой Отечественной. Завершили возведение нового предприятия в конце сороковых, а в 1950-м появился поселок для его работников. Он так и назывался: поселок Силикатного завода №2. Предприятие развивалось, рядом строились новые промплощадки вроде САБРЗ, и спустя некоторое время оно разрослось до настоящего большого комбината. Название ему в 1972-м дали соответствующее, и поселок между улицей Туполева и улицей Пржевальского стал поселком Комбината строительных материалов №2.
В основном это были кирпичные и деревянные двухэтажки, имелись там и свои магазины, а еще, к примеру, сапожная мастерская. Вот только уже в восьмидесятых поселка фактически не стало – почти все дома приписали к соседним улицам и проездам. Тем не менее, по данным исследователя Константина Литвицкого, еще к началу 2010-х по поселковому адресу числился дом №1а, который фактически при этом находился в Старой Константиновке. Сегодня же о бывшем поселке уже ничего не напоминает.
В чем-то похожи истории других рабочих поселков. Например, Калининшелка (или просто Шелка) и Резинстроя. Оба они возникли в тридцатых годах, также во время масштабной индустриализации. Первый относился к одному из предприятий будущего комбината «Химволокно», второй – к резиноподошвенному заводу, он же КРЕПЗ. Поначалу это был именно поселок Резинстроя, так как само предприятие еще только создавалось, строилось. Потом его переименовали в поселок КРЕПЗа, как уже готового завода. А все вместе это (только не запутайтесь) называлось поселком Легпромстроя, и нумерация у них была общей. Тогда же примерно возник народный топоним «Резинка», потом он вышел из употребления, когда временные поселки сменились постоянными жилыми кварталами.
Вагонка, но не та
Поселок Вагонников знаком большинству тверитян, он существует и сейчас. Однако был в истории города и отдельный поселок Вагоностроительного завода. Построен он был примерно в то же время, то есть в тридцатых годах, только западнее самого предприятия – у Горбатого моста между Ленинградским шоссе, Васильевской веткой, линией ОЖД и Иртышом.
Облик его был опять же таким, как у других его собратьев, – деревянные двухэтажки. Просуществовал он, правда, совсем недолго: в конце сороковых его упразднили, а дома зачислили по набережной Иртыша и почему-то не учли совпадения с уже существующей частной застройкой. Возникла натуральная путаница, и длилась она довольно долго, пока не снесли весь бывший поселок, заменив его новой застройкой. Большинство старых домов уничтожили еще в конце пятидесятых и начале шестидесятых, окончательно «добив» уже в семидесятых. А впрочем…
Единственный дом, напоминающий о несуществующем ныне поселке Вагоностроительного завода, сейчас числится под номером 10 по набережной Иртыша.
Поселок, просто поселок
Савватьевская ветка, 1958
Еще один позабытый уголок старого города находится рядом с уже упомянутым Вагоностроительным заводом. Состоял он всего из двух улиц, назывались они бесхитростно: 1-я Поселковая и 2-я Поселковая. Одна сохранилась под прежним именем, другая теперь называется в честь партизанки Зинаиды Тимофеевой (не путать с революционеркой Зинаидой Коноплянниковой).
Возник поселок (да-да, просто поселок, без какого-либо названия) в двадцатых годах, а первая улица появилась еще раньше – в 1898-м. Изначально это была просто дорога вдоль западного забора драгунских казарм, которая вела к заводским железнодорожным тупикам. Застраивать ее и соседнюю улицу стали жильем для работников вагонзавода. В основном это были уже знакомые нам деревянные двухэтажки, но со временем появились еще и несколько кирпичных.
Застройка безымянного поселка пострадала во время Великой Отечественной, и потом, уже после войны, на улицах начали появляться новые здания. Сегодня о нем уже ничего не напоминает, кроме сохранившегося названия одной из улиц – 1-я Поселковая.
Будем честны, никакой архитектурной и исторической ценности все описанные нами сегодня кварталы не представляли. Но это память о прошлом нашего города, и все эти позабытые поселки стали частью большого пути к современной Твери.
Сергей САВИНОВ
Читайте также:
Мерзость запустения: продолжаем исследовать тверские заброшки