Невероятная история маленького города
В советские времена старинный Бежецк был одним из центров льноводства и производства сельхозтехники. Население стабильно росло, и с начала семидесятых вплоть до конца девяностых его численность превышала 30 тысяч человек. Назвать его захолустьем язык поворачивался у немногих, более того – получить распределение в Бежецк было вполне себе неплохим вариантом. Потом, как и везде в бывшем СССР, наступили мрачные годы. Население резко сократилось до 20 тысяч, Бежецк превратился в депрессивную дыру.
Сегодня это по-прежнему небольшой городок, довольно живо избавляющийся от тяжкого наследия девяностых, и надо сказать, что у него это довольно неплохо получается. Недавно отгремели очередные «Дни Ахматовой», состоялся праздник хоккея, а в скором времени именно в Бежецке пройдет один из этапов Кубка России по мотоджимхане, фигурному управлению мотоциклом.
В общем, Бежецк уверенно заявляет о себе, используя открывшееся перед ним окно возможностей. Стоит отметить, что это не впервые в истории – прошлое у скромного на первый взгляд городка весьма богатое и насыщенное. О нем и поговорим.
Скрытая угроза
Земская управа в Бежецке, начало XX века, фото М.П. Дружинин, Издание Варшавского магазина
Первое известное науке упоминание Бежецка в летописях относится к 1137 году, то есть он условно чуть-чуть моложе Твери. На всякий случай напомним, что речь идет не о дате основания, а именно о появлении этого поселения в древнем документообороте. И вот здесь начинается самое интересное.
В полутора десятках километров к северо-западу от Бежецка расположено село Бежицы, основанное, по некоторым косвенным данным, аж в X веке беглецами из Великого Новгорода. Тогда это был богатейший торговый город, политически независимый и обладавший огромным влиянием. Чтобы его осознать, достаточно вспомнить, что Торжок в те времена тоже относился к Новгородской земле и был ее пограничным городом.
Однако вернемся к Бежицам, которое ранее носило чуть иначе звучащее наименование – Бежичи. Название это произошло как раз-таки от того, что основано поселение было «бежичами», то есть теми самыми беглецами. Внутриполитические распри заставили их покинуть Великий Новгород и поселиться в местности, которая вскоре получила название Бежецкого Верха. Выгодно расположенная на возвышенности, эта земля на протяжении долгих веков была предметом яростных споров между Великим Новгородом, Москвой и Тверью.
Доходили сюда и литовцы – в летописях, например, говорится о боевых действиях в 1245 году. Торжок с Бежицами от врагов отбили войска, посланные Новгородом на подмогу, однако спустя менее 30 лет пришла новая беда: в 1273-м бежецкое поселение разорил тверской князь Святослав Ярославич. После этого новгородцы перенесли его на юго-восток, вверх по течению Мологи, в крепость Городецко. Фактически это и есть современный Бежецк, который тогда назывался Городецко в Бежецком Верхе.
Новая надежда
Церковное шествие на улице Большой, начало XX века, источник: ТГОМ
Дальнейшую историю города-крепости трудно назвать спокойной. В конце XIV столетия будущий Бежецк перешел к Московскому княжеству – его силой отнял у Новгорода великий князь Василий Дмитриевич. Еще спустя примерно полвека Городецко дважды разорил тверской князь Борис Александрович во время так называемой Феодальной войны. Однако, несмотря ни на что, весь Бежецкий Верх в итоге окончательно остался во владении Москвы. Формально это произошло благодаря духовному завещанию Василия Темного Иоанну III, которое и закрепило бывшую новгородскую землю за набирающей силу Московской Русью.
Что интересно, бежичи упрямо сохраняли свои культурные отличия, и этнографы еще в XIX веке отмечали в этой части тогда уже Тверской губернии типичное новгородское «цоканье», а также элементы костюма и новгородские же традиции. Однако в позднем средневековье Бежецкий Верх чуть было не обезлюдел. На протяжении XV и XVI столетий местные жители старались уйти на юг в поисках лучшей доли, снова убегая, только теперь не от политики, а от голода и нищеты. Прокатилось по этой земле и Смутное время – на Городецко напало польско-литовское воинство из лагеря Тушинского вора, как называли Лжедмитрия II. Крепость была сожжена и разрушена.
Положение фактически спасли карельские беженцы – чувствуете, как маховик судьбы в очередной раз проворачивается в ту же сторону? Если в конце первого тысячелетия беглецы из Новгорода дали начало будущему Бежецку, то уже ближе к Новому времени его стремительное запустение остановили очередные вынужденные переселенцы. Согласно некоторым оценкам, жители Корельского уезда Водской пятины Новгородчины стали появляться в Бежецком Верхе уже в XV веке, но именно при первых Романовых переселение стало носить массовый характер. Москва тогда проиграла русско-шведскую войну, завершившуюся в 1617 году унизительным Столбовским миром. Швеция, как победившая сторона, получила в свои владения сразу пять уездов Водской пятины. Новые власти насильно пытались переводить предков нынешних тверских карел из православия в протестантизм, и жители тех земель стали искать защиты у русских царей. Пик переселения карел в Бежецкий Верх историки относят к 1640-м – 1660-м, и к 1670 году на пустующую после Смуты территорию переселилось от 25 до 30 тысяч православных карел.
Чуть забегая вперед, скажем, что советская перепись 1926 года содержит данные о 140 тысячах карел, проживающих в Тверской губернии, и почти все они на тот момент владели родным языком. Так было вплоть до 1950-х годов, когда сельское население массово мигрировало в города, и возникала необходимость полностью русифицироваться.
Впрочем, Тверская Карелия – это отдельная история, относящаяся не только к Бежецку.
Пробуждение силы
Колокольня Введенской церкви, фото Юрий Садовников, середина 1980-х
В имперские времена Городецко стал уездным городом, произошло это при Екатерине Великой. Тогда же его окончательно переименовали в Бежецк, и под этим названием он остается вплоть до нашего времени. Административное подчинение города «гуляло» на протяжении всего XVIII столетия, что, впрочем, было характерно для всей крепнувшей Российской империи.
К концу века он окончательно «прописался» в Тверской губернии, берущей официальное начало в 1796 году. Местные жители традиционно огородничали и выращивали лен – казалось бы, самая что ни на есть тихая провинция. Однако именно через Бежецкий Верх проходили важные торговые пути: по Мсте, Мологе и Медведице. Издавна из вологодской Устюжны в Городецко шли металлические изделия, уже в ХVI веке на местную ярмарку приезжали купцы из Углича, Ярославля и Костромы, а в ХVII – уже из Твери, Кашина и Москвы. С развитием промышленности крепла и международная торговля: в начале XX века бежецкий лен скупали уже французы, англичане, австрийцы и итальянцы.
Стоит отметить, что не одним только льном жил маленький город – как и во многих уголках Тверской губернии, в Бежецке работали сыроварни и винокурни, трудились кузнецы, дегтяри, горшечники и лесорубы. Не обошло стороной Бежецк и «отходничество», когда местные жители покидали родные места, чтобы заработать в Москве и Санкт-Петербурге. А массовое развитие промышленности в городе началось еще до революции, когда открыли сначала железнодорожное сообщение между столицами и вскоре линию Бологое – Рыбинск, который был в то время конечным пунктом волжской торговли зерном.
Уже при советской власти появились производства сельхозтехники, автомобильного оборудования, ремонтно-механический завод и многие другие предприятия. Отчасти планомерное развитие Бежецка в XX веке стало возможным из-за того, что в Великую Отечественную немцы до него не дошли, и массового восстановления, как это было, например, в Твери-Калинине, не потребовалось. Хотя бомбежкам, разумеется, он подвергался, но, к счастью, не столь катастрофическим.
Пожалуй, гораздо более серьезный ущерб нанес Бежецку распад Советского Союза и последовавшее за ним безвременье. Но древний Городецко не раз уже восставал из руин, и будем надеяться, что запал у него не иссяк.
Сергей САВИНОВ
Читайте также: